‎КОГДА с крыши СОРВЕТСЯ СНЕГ...‎

‎ Говорят, это странно, это необъяснимо, это даже неправильно, пошло в каком-то смысле – выбирать себе в пару единственных и любимых по рассказанным в снах совпадениям прошлых жизней, по биению пульса, по раздвоенью эго, по делению мира на запятые дао… 

В этом городе даже зимой не дождешься снега, в нем зима дождем смывалась и пропадала столько лет, что привыкли, забыли об этом белом, облетающем небе – хлопьями кружевными… 

Это небо нас придумало, захотело – несерьезными, теплыми, нежными и живыми, на огромной кровати в маленьком городишке – нас, владеющих миром двух шоколадных плиток. 

Я люблю тебя, чувствую, знаю, читаю – слишком, потому что это – последняя из попыток обрести наше счастье, которое верит взглядам, ждет, когда наконец-то вырастем – поумнеем… 

Когда ты в тишине засыпаешь со мною рядом, ночь становится глубже, загадочней и темнее, ночь сплетает нам руки – в замок, в кольцевую повесть о глубинных основах наших реинкарнаций… 

Я могу возрождать все снова, не беспокоясь, чтобы утром от дыхания просыпаться… ‎

‎ Мы с тобой получили сотню предупреждений - ‎

‎ научились любить ‎

‎ честней.‎

‎ Я услышу тебя за секунду до пробужденья, ‎

‎ когда с крыши ‎

‎ сорвется ‎

‎ снег. ‎

‎© Copyright: Кот Басё, 2010‎

‎ Свидетельство о публикации №11001‎

УТРО в октЯбре...

От напряжения внутри все время коротит. Какой-то сбой, неровный ритм, хронический ринит, неяркий свет, опасный треск, брожение в умах. 

И почему ты жив и трезв, когда вот-вот зима? 

Пора бы выбить эту спесь и сбросить эту прыть. 

Ты не успел, ты вышел весь – ты вышел из игры, из сумрака, в другую дверь, не выяснив, где звон. Не в параллельные миры, а просто – вышел вон. 

Сиди, смотри: твоя стена, твой маленький китай. Она другому суждена, а ты – Шалтай-Болтай, за ней – придворные и свет, и прочие князья. А у тебя ответа нет и подсмотреть нельзя. 

Сейчас бы оказаться с ней на том краю страны, скорей уснуть и в этом сне свалиться со стены, и выйти в поле – красный мак и вересковый мед. И рожь, ведь без нее никак – она кругом растет. 

Сейчас бы встать и на коне скакать во весь опор, и жить во сне, любить во сне, и выстрелить в упор в того, кто ходит за стеной с часами на груди и хочет нам судьбы иной, пытаясь разбудить. 

Но вот беда, течет вода из крана в водоем, и мы не снимся никогда, ведь мы не спим вдвоем. Мы даже порознь не спим, обмануты судьбой. Жестокий мир, осенний сплин, часов тревожный бой. ‎

‎Я равновесие держу, но все сильнее крен. ‎

Представь себе, какая жуть – проснуться в октябре.‎

ЖЕНЩИНА, для коТОрой хочетсЯ ЖИТЬ (из дневника дилетанта)

С возрастом мужчины, набрав «опыта жизни» выводят критерии хорошей и плохой женщины, пытаясь вывести некий рецепт идеала. Некоторые, не найдя его, вовсе разочаровываются в прекрасном поле или разделяют на категории «хорошая жена», «хорошая любовница» и т.д.

Что касается меня, я уж точно не могу без женщины, да и делить себя на нескольких я тоже не способен. Какая должна быть женщина рядом со мной? Наверное, та, для которой хочется жить. Не просто жить, а совершать поступки, делать её счастливой, вновь и вновь завоёвывать её сердце, зажигать свет её глаз….

Она Женщина, которая ничем не обязана и ничего тебе не должна. Она с тобой потому, что ей с тобой хорошо и надёжно и она любит тебя. Мне не важно, чем она занимается. Может она работает где-то, может вообще не работает, но при этом чем-то занимается.

Важно то, что она наполняет смыслом свою и мою жизнь. Её не так уж волнует финансовая сторона вопроса. Важна идея. Воплощать идеи в реальность - функционал мужчин.

поМОЛЧИ...

Вот она выдыхает: «уже тяжело молчать, дай мне знак – звонок, один поворот ключа, дай мне лишнее слово в наш полуночный чат, я начну тебе отвечать. 

Я начну говорить с тобой, видеть тебя иным, отличать от тысячи пасынков той весны, что растет за моим окном, проникает в сны, состоит из этой искрящейся тишины.

Я была немой, но больше я не могу. Дай мне слово лечь ударным в мою строку. Дай мне южный город – Тбилиси или Баку, дай мне ветер на берегу.

 Я хочу говорить с тобой всем, что дарует мир – адресами, домами, событиями, людьми, черным кофе в турке, улицей, что шумит, старым городом, небом, раскинувшимся над ним.

Я хочу рассказать тебе, сколько всего вокруг – как колышется хлопок облака на ветру, белозубые дети бросают свою игру, чтобы солнце коснулось рук. Как сидят старики, смуглы от горячих лет, как гранат рассыпается зернами на столе, как медовым лучом остается на коже след, как миндальное дерево цвет забирает в плен».

Вот она выдыхает, бумага дрожит едва, как живая вода, закованная в слова.

Если есть молчание – есть на него права.

Помолчи со мной. Я знаю, кого ты звал.