Google+ reversTIME: 500 страниц ЖИЗНИ

КЛИКни СВОИМ!)

21 февраля 2012 г.

500 страниц ЖИЗНИ


Он сидел на берегу реки и, покуривая, смотрел на луну. Сегодня она была особенно большой и ярко-серебристой. Тёплый июльский ветер шевелил листья деревьев, река несла свои тёмные воды в какую-то неведомую даль, было тихо, спокойно и совсем не одиноко…

Давно полюбив это безлюдное место, он стал приходить сюда по вечерам. Просто так, без особых причин, уходил из дома, ничего не сказав, и приходил к реке. Много курил, смотрел на воду и думал. О чём? Да ни о чём и, в то же время обо всём сразу.
С чего же всё началось? Он и сам уже не мог определить тот рубеж, когда отношения зашли в тупик. Они давно уже, практически, не разговаривали, встречались или на кухне за ужином, или в дверях парадной, брякнув нечленораздельное: «Привет»  Каждый понимал, что ничего дальше не случится, ничего уже яркого не будет, но предпочитал не озвучивать это.
Одно время, он пробовал завести разговор, определить хоть какой-то статус их отношениям, но его тщетные попытки больше походили на монолог и вскоре он оставил эту затею. Клонированные дни тянулись серой вереницей и…ничего не происходило. Она занималась своими ногтями или чтением женских журналов, он сидел в наушниках за «ноутом» и второй год пытался закончить книгу, свою главную, как он считал, книгу в которой будет ВСЁ. Но, споткнувшись на середине и исписав полтысячи страниц, всё не мог её закончить. Да что закончить, у неё до сих пор, даже названия не было! Бывало по ночам, измучившись от бессонницы, уходил на кухню и судорожно шелестел «буком». Появлялось псевдо вдохновение, блеск в глазах, азарт, но на следующий день, перечитав, понимал, что логического заключения так и не предвидится.  
И, тогда, взяв бутылку «Столичной», садился на балконе и жёг свою «книгу  жизни» в мусорном ведре. Медленно, лист за листом. Через неделю всё повторялось заново. Это чем-то напоминало их отношения. Ни названия, ни дальнейших перспектив.
Так и сидел он у воды, вспоминая свою жизнь. Её жизнь. Обе их жизни. Так и не высказанные.

- Не скучно?
Голос за спиной, заставил его вздрогнуть. Он обернулся и увидел тёмный силуэт человека, присаживающегося осторожно рядом.
- Ты кто? – это единственное, что он мог изречь в той ситуации.
- Кто? – усмехнулся незнакомец – А не всё ли равно? Странные вы… люди…
- Что значит – люди…
- Да, потому что – люди. Живёте странно и не понятно. А, может, и не живёте уже…
Он пытался разглядеть незнакомца, но, кроме каких-то неясных очертаний ничего не мог разобрать. Но, говорил он, как-то, мягко, уверенно и спокойно. Поэтому, первые опасения, встретить здесь какого-нибудь наркомана-отморозка, постепенно улетучились.
- Барахтаетесь, барахтаетесь, пыжитесь, изображая, то, что никогда в вас не будет. Давно всё утеряно. А, ведь, было же! Да, только не воспользовались. Или, так и не поняли, чем владеете. Одни из вас сходят с круизных лайнеров на какой-нибудь Лазурный берег в своих норковых шубах и дорогих пледах, уверенные, что они Человеки. Другие же, тупо гребут на своих галерах, делая вид, что вроде то же ничем не хуже, просто лишь обстоятельства... Корабль не тот...кормчий не из тех... И гребут, гонятся, надрываются... А куда гребут и сами не знают.
- Да, кто ты такой? А как же по-другому? Всегда так было! Понятно, одни богаче, другие беднее… но, мы же люди!
- А в чём разница? Ну, что такое человек? Уничтожь ты сотни людей! Тысячи! Список уместится на нескольких сантиметрах. Смысл-то в чём?.. Хотя, подожди, вы, видимо называете смыслом урвать, наворовать, изгадив всё вокруг, предать, принести потомство и уйти в мир иной. А потомство займётся тем же самым «смыслом» и всё циклично продолжится дальше. В этом ваш «смысл»?..
- Постой, постой! Ну, мы же развиваемся! Строим города! Храмы! Осваиваем новые технологии! Открываем законы!
- Технологии… Ваши технологии направлены на то, что бы уничтожать себе подобных, а от количества храмов чище не станешь. У папуасов или индейцев есть то, чего никогда уже не будет у вас! Вы давно уже уничтожили себя! Нет ничего. И тебя… то же, нет.
- Как нет? Вот он же я! Сижу рядом!
- Угости сигаретой.
Он протянул ему пачку, пытаясь разглядеть лицо незнакомца, когда тот чиркнул спичкой, но так и не смог. Лишь на миг, при вспышке огня, он заметил в блеске глаз что-то такое, до боли, знакомое, но никак не мог понять, что это было.
- Нет тебя. Это лишь твоя мысль... Ничего нет вокруг… Твой Мир это порождение твоей собственной мысли. Ты придумал его себе. Придумал свою жизнь, которую тут же стал уничтожать. Одна единственная мысль… одинокая мысль, блуждающая в бесконечном пространстве.
   - Да откуда ты можешь это всё знать? Что ты за хрен такой, в конце концов? Что за бред ты мне здесь наговорил?
В тот момент, он скорей, почувствовал, чем увидел жутковатую усмешку незнакомца. Холодная струйка пота прокатилась по спине.
- Ты скоро сам всё поймёшь. И ещё…у твоей книги будет название.
- Откуда ты знаешь про книгу?!
Он резко вскочил, но на том месте, где секунду назад сидел незнакомец, никого не было. Ветер так же путался в листьях деревьев, луна продолжалась волнистой дорожкой в реке. Всё так же, ни у кого не спрашивая где ей повернуть, река несла свои темные воды… Всё было так же. Только не было незнакомца.
« А, может, его и не было?.. Может мне всё это померещилось? Показалось? Может у меня глюки? Но тогда откуда он знает про книгу…» - молча разговаривал он сам с собой.
« Да мало ли… Я пишу её два года. Может моя благоверная подружкам ляпнула, да и решили меня разыграть… Вот, блин, суки!» - от такого простого объяснения всему происходящему, он мгновенно повеселел. И в тот же миг застыл на месте: «Книга то книгой, но откуда он знал про название? Я про это никому не говорил, да и не мог сказать…»
«Нет! Надо домой валить срочно!» - наскоро преодолев парковую зону, он выбежал на дорогу. На улице не было видно ни одной машины. «Сколько я торчу то здесь уже?» Дисплей телефона потух вместе с предательской надписью: «Батарея разряжена». «Да что за день то сегодня такой? В рот - компот!» - в сердцах выругавшись и, недолго думая о том, что до дома пять кварталов, он решил срезать через лес по алее.
«Что там нёс мне этот идиот про галеры, человеческую никчёмность… Хотя, его манера держаться и спокойный и уверенный голос всё же  заставляют о многом поразмыслить.
Ведь, действительно, мы ценить что-то начинаем лишь в том случае, если у нас этого нет или сами просрали.  Причём второй вариант, почему-то  больше популярен. Да! Сначала вкусить, попробовать на вкус, привыкнуть… А потом просрать. И только после того, как почувствуем эту разницу, сравним, сверим, лишь тогда мы начинаем взывать к силам небесным, ибо больше не к кому. Только после этой «дегустации» готовы совершать самые благородные поступки и вершить благодатные дела. 
Далее, попривыкнув немного и, вроде как подзабыв эту разницу вкусов, мы снова начинаем гадить, хамить… И гадим то именно своим самым близким, любимым, тем, кто в очередной раз нам поверил и простил. Да…
Конечно, не все такие. Естественно нет. Среди нас есть замечательные, сильные, благородные личности, которые творят добро, творят бескорыстно и получают от этого удовольствие. Но, таких, как правило, не основное количество. Так в чём причина их кардинального отличия от остальных? Трудно сказать.           
   И, если говорить о людях, вообще, то, в принципе, все наше общество состоит из отдельных семей, из отдельно взятого человека, которые мирно существуют, превращая сегодня в очередное вчера. У каждого своя «микрожизнь». А в целом? В чём, всё-таки, предназначение человечества? Нет, так далеко он никогда не заходил в своих рассуждениях, ему хватало своего бытового уровня, в котором он никак не мог разобраться. Так что же всё-таки имел в виду этот странный тип у реки? Может на жизнь нужно смотреть несколько иначе?
Так размышляя над этими вечными вопросами, он незаметно вышел к своему дому. Среди множества горящих окон, он без труда отыскал своё, где тускло горел, оставленный им в прихожей свет.
В последнее время появилась привычка никогда не гасить свет в коридоре. Причём, не важно, уходил ли он на несколько минут в ларёк за сигаретами или уезжал на неделю за город. Не хотелось возвращаться в пустую, тёмную квартиру, как это он сам себе объяснял.
Покурить надо. Он всегда курил, прежде чем зайти домой. Молча сидел у подъезда, смотрел на окна, за которыми мерно текла людская жизнь с её скандалами, переживаниями и радостями. Перебирал события очередного прошедшего дня и всё меньше склонялся к мысли, что что-то должно измениться.
Взобравшись на лавочку и пошарив по карманам, он вспомнил, что отдал пачку незнакомцу. «Странный какой-то сегодня вечер» - подумал он тогда. Хотя, скорей всего, он был не странным, а необычным, не таким, как всегда. И лишь отличался своей непохожестью на все предыдущие вечера, из которых состояла его скучная неопределённая жизнь.
Подняв взгляд на своё окно, он заметил в проёме женский силуэт. Она стояла в домашнем халате у открытой кухонной форточки, освещённая светом с прихожей. Ветер осторожно шевелил распущенные волосы, руки были сложены на груди, взгляд… впрочем, отсюда не было видно, куда она смотрит. На него, на двор или куда-то мимо всего этого.
«Не спит. Неужели ждёт? Может сегодня состоится этот долгожданный, нужный им обоим разговор?» - подумал он. Сердце забилось чаще и он в предвкушении чего-то неведанного, известного и желанного, с уверенностью шагнул в темноту подъезда.
Войдя в квартиру, первым делом направился на кухню поставить чайник. Щёлкнув включателем и осмотревшись, он так и застыл на пороге.
На столе лежала открытая пачка сигарет, которую он забыл забрать у незнакомца. Не зная, почему, но он был твёрдо уверен, что это именно та пачка. Рядом стояла пепельница с тлеющей, непотушенной сигаретой.
В следующее мгновенье, он метнулся в комнату - никого. Заглянул в спальню – никого. Он бегал по квартире, судорожно щёлкая выключателями, заглядывал в каждый угол, за шторы, под кровать, в кладовую, в ванную… квартира была пуста.
«Что за хрень?!»  
Отодвинув дверцу шкафа-купе, он обратил внимание, что в нём находились только его вещи. «Не может быть! Как?.. Я же видел!..» - в голове был хаос из вопросов, сомнений и нелепых предположений. Мысли цеплялись одна за другую, тщетно пытаясь найти хоть какое-то вразумительное объяснение происходящему.
 Возвращаясь обратно на кухню, он внезапно шарахнулся от зеркала, висевшего в прихожей. На какой-то миг ему показалось, что он увидел в нём глаза незнакомца. Состояние походило на тихое помешательство.
Достав из холодильника початую бутылку «Столичной», он сделал несколько глотков прямо из горла, не утруждая себя церемониями. Алкоголь обжёг внутренности, медленно проникая в кровь.
Спиртное дома было практически постоянно, а в последнее время, можно сказать, всегда. Страдающий бессонницей, порой не спавший по трое суток, когда всё тело требовало отдыха, но воспалённый мозг не давал отключиться, он спасался только алкоголем. Способ, конечно не совсем цивилизованный, но зато действовал безотказно.
«Что же происходит, чёрт возьми… Позвонить! Нужно срочно кому-нибудь позвонить!» Достав севший мобильник, он в сердцах выматерившись, рванулся в комнату к городскому телефону.
«Кому же позвонить?.. Родителям! Конечно родителям!» - для него вдруг стало жизненно важно и необходимо услышать голос мамы. «Как они там? Когда я звонил им последний раз…» - в спешке набирая номер, спрашивал он самого себя. Но, бросив взгляд на часы и прикинув разницу во времени в семь часов, с сожалением нажал клавишу отбоя.
В голове, подобно бегущей строке горячих объявлений, проносились обрывки циничных и равнодушных слов незнакомца: «Да нет ничего. Только лишь мысль…Твоя мысль…одинокая и заблудшая…Всего лишь мысль…»
«Выходит…Нет! Это невозможно!» - но, то во что он боялся поверить и попытаться провести хоть какие-то параллели с реальностью, стало созревать в сознании и крепнуть с каждой последующей секундой.
Прошаркав обратно на кухню, он налил себе пол стакана «Столичной» и залпом выпил. Алкоголь, который должен был хоть как-то притушить, кипевший от перегрузки мозг, действовал совершенно иначе. Мысли стали выстраиваться в определённую логическую цепь, приобретая всё более чёткие очертания и фундаментальность.
Туман прошлого рассеялся, оголяя жестокую действительность. Вся его унылая жизнь, все его попытки что-то слепить, построить, создать… Всё это откатилось, подобно отливу, обнажив реальную твердь настоящего. «Мысль…только лишь мысль…»
«Так значит…я всё это…придумал?» То, что происходило с ним дальше, довольно трудно описать. Он бродил по пустой квартире, что-то бормоча себе под нос. Извлекал наружу из глубин своей памяти какие-то важные, как ему казалось, события, сопоставлял факты, пытаясь что-то доказать самому себе, сомневался, не верил, отказывался принимать то, что УЖЕ являлось истиной. Но процесс внезапного осознавания происходящего был необратим. Все его старания, подобно прибою, безжалостно разбивались вдребезги о берег реальности настоящего.
Настоящее. Время, в котором он находился сейчас – это и была жизнь. Абсолютный ноль на отрезке шкалы, который мы называем судьбой. Ноль – точка отправки только в одну сторону. Ноль – стартовая площадка в будущее.
Этот абсолютный ноль – настоящее, которое и есть жизнь, определял всё. Вернуться в прошлое и начать всё заново невозможно. С придуманным настоящим, будущего – дня завтрашнего, не существовало. «Всего лишь мысль…» - реверсивно долбила мозг фраза, небрежно брошенная сегодня незнакомцем.
Он обвёл глазами комнату. Двуспальный диван, комод, телефон, юкка – единственное растение, которое он приобрёл, выслушав увлекательный рассказ продавщицы о том, что оно приносит счастье и благосостояние в дом – бред… Вся обстановка, как и сама квартира досталась ему от бабушки. Некоторую мебель он выбросил, так как её было очень много, а новую не спешил покупать. На совесть изготовленные в послевоенные годы, шкафы и стулья, хранили в себе какой-то особый дух ушедшей эпохи. На этих стульях и креслах сидели его бабушка и дед, вели беседы за вечерним чаем, строили планы, были счастливы…
 Иногда, он видел их образы, они смотрели на него с вниманием и укоризной, но в то же время, с пониманием и стариковской всё прощающей добротой.  Это было похоже на немой диалог с собственной совестью. Он любил эти диалоги. Появлялось мнимое ощущение присутствия кого-то близкого и родного. Того, кому можно было довериться и поговорить, пусть даже и мысленно.
Единственным, не вписывающим в общий антураж квартиры, был большой чёрный стол с полками и выдвижными ящиками, на котором стоял «ноут», несколько разномастных  принтеров, сканер,  «микролабовская» акустика и множество электронных «примочек», необходимых для работы. Своеобразный островок, где он проводил большую часть своего времени.
Случайно его взгляд задержался на открытом мониторе «бука», в углу которого пульсировало окошко доставленного сообщения. Клацнув по нему мышкой, он прочитал то, что уже перестало его удивлять, то, к чему он уже начинал привыкать: «Только лишь мысль…»
Удивило другое, заставив замереть в кратковременном ступоре. В строке отправителя значился адрес его собственного ящика. «Но, как?..» - скорее из любопытства, нежели ради возможных объяснений, он нажал на имя своего аккаунта.
Колёсико загрузки у курсора вращалось, как ему показалось, дольше обычного. Внезапно открывшаяся страница, яркой вспышкой, ослепила сознание. Подведённая черта, ниже которой, только одно слово: «Итог». Долгий звук от удара молотка судьи, заполняющий всё окружающее пространство. Безукоризненный вердикт, объявленный сухим компьютерным языком:  «Ваш аккаунт удалён или перенесён на другую страницу. Попробуйте зайти позднее»
В тот момент у него даже не возникло мысли попытаться заново ввести пароль, в возможной попытке, исправить обычную ошибку сети. «…удалён или перенесён» - повторял он про себя, когда как всё внезапно встало на свои места.
Осколки фрагментов его существования сложились в чёткую и понятную картину. Растерянные в сомнениях и разбросанные в нерешительности действий, пазлы его биографии, чудесным образом состыковались в конкретную геометрию. Не хватало лишь одного важного финального элемента.
И впервые, за долгое время последних, куда-то девшихся лет, он совершенно ясно знал, что нужно делать. Он был хладнокровен и собран. Освобождённый и очищенный от всего лишнего разум, обрёл покой и равновесие между происходящим и необъяснимым. Мозг работал идеально слаженно и безотказно.
В чёрном зеркале окна отображалось его лицо. Казалось, оно находилось по ту сторону стекла, утопленное в ночной глади вечернего воздуха. А, может, оно действительно существовало там за окном?
Знакомые контуры лица человека, которые он привык созерцать ежедневно, чем-то зацепили его. Тот человек в зазеркалье неумолимо отличался от того, кто уныло на него ещё вчера. Разница была в глазах. Обычно, усиленные эффектом горящей настольной лампы, они отображали лишь интерьер его комнаты, такой же скучный, опустошённый и незаконченный, как и его состояние в котором он пребывал. Но, сейчас, они сами излучали свет. Не удивительно, ведь впервые он занялся работой, которая не походила на обычное развлечение. Работой, которая стала ему интересной.
По лицу пробежала тень жутковатой ухмылки, он перевёл свой взгляд на монитор, послушные пальцы коснулись клавиатуры…


_________________________________________________________
Звёзды медленно таяли на, начинающем бледнеть, небе, диск луны поднялся над горизонтом. От реки, тянуло прохладной свежестью и сладковатым запахом водорослей. Очертания берега были нечёткими, укутанные, как и сама река, покрывалом утреннего тумана. Воцарившаяся звенящая тишина, нарушалась лишь звуками клокочущего течения, приглушённо доносившегося из под ватной пелены.  
«А, это ты?..» - голос незнакомца нисколько не удивил его. Он молча уселся рядом на влажную траву. Незнакомец протянул сигарету.
В голове не было ни одной мысли, ни единого вопроса, которые у него беспорядочно появлялись, с момента их последней встречи. Вместо них звучала торжественная музыка Вана Клиберна, наполняющая сердце умиротворённым покоем.
«Ну, что ж, пора…» - незнакомец поднялся, накинул на голову капюшон плаща и направился к реке. Только сейчас он заметил, привязанную к коряге, лодку, которая плавно покачивалась на невидимых волнах. Привычными движениями, незнакомец вставил вёсла в уключины и, отвязав лодку, толкнул её в воду.


_________________________________________________________
Двери его квартиры были открыты. В прихожей, по прежнему, горел свет, на кухонном столе стояла пустая бутылка «Столичной», рядом начатая пачка сигарет. Обстановка указывала на то, что хозяин только что покинул своё жилище – спустился в ларёк или ещё куда и должен был вернуться с минуты на минуту.
В комнате у принтера лежала аккуратная пачка чистых листов бумаги, тщательно пронумерованных с единицы до пятиста. На безупречном титульном листе было указано имя автора и напечатано название: «Только лишь мысль…», где две последние точки были зачёркнуты карандашом.
Это означало только одно, но в то же время, объясняло всё. Зачёркнутое многоточие говорило о том, что хозяин уже не вернётся. Балансированному состоянию абсолютного нуля он, всё же, сумел придать вектор направления, поставив точку в названии своего произведения, которое, несомненно, являлось самым полным и искренним повествованием его жизни. Призрачное будущее стало его настоящим.
Хотя, возможно, мы ещё увидим его. Встретим среди тех, кто однажды соберётся изложить свою повесть. Узнаем в голодных взглядах тех, кто уже написал её, но никак не может придумать название…
Возможно. Кто знает?.. Не зря же он не погасил в прихожей свет. Вряд ли он не сделал этого в спешке или по забывчивости. Кто знает? А остальное…
…остальное – только лишь мысль.